ЛАКИШ


... твой страх пришел из древних городов,
разрушенных иными племенами.
Не оставляя по себе следов,
он, как песок, перенесен ветрами
на этот холм, куда нас привело
желанье знать, где обитали боги...
Но бледных гор восточное крыло
напоминает: дальше нет дороги;

и сам ландшафт, по прихоти души,
в какой-то час с полудня до заката
творит и разрушает миражи,
в которых можно сгинуть без возврата.

Здесь дремлет смерть на каменной плите,*
а жизнь сосредоточилась упрямо
в пустырника лечебного листе,
что вырос в честь поверженного храма.

Все звуки дня рутинные слышны;
гончарный круг скрежещет под руками...
и голоса у крепостной стены...
и звон монет... и стук копыт о камень...

Ты прочь бежишь, и на своей спине
уносишь липкий страх исчезновенья,
вдруг осознав, что двери нет в стене,
как нет и стен самих в пустом селенье,
нет ничего, лишь желтая трава,
сроднившись с каменистою пустыней,
живет своею жизнью, и молва
о тех краях бытует и поныне.

*речь идет о змейке ядовитой.

  Web design by Zlata Barshteyn, 2005.
Copyright © 2005-10, Все права защищены.